Caveant consules…

Рубрика: Новости

 

Для меня нет ничего незноснїйшого нежели отсей старый римский клич, что им кончат ся сообщения в наших галицких газетах.

 

«В селї Вербівцї завел писарь вместе с войтом урядуваннє в польском языке» — Caveant!

 

«В таком-то налоговом урядї нет украинских надписей или были и пропали»— Caveant!

 

«У мужика Петра и Ивана забрали воины картошку»— Caveant!

 

«Баба Параска не получила от лет надлежащих военных причинків» — Caveant!

 

«Жиды и шляхтичи давно уже вычислили себе те военные ущерба и выплаты за все чинитьби и реквизиции, а селяне такого-то уезда пухнут с голода, ибо все у них отнято, зломаного дудка не достали, своих претенсій не решили» — Caveant!

 

И до чертового отца, кто должен быть теми caveant — consules, как не ты самый, что пишешь ту допись!

 

Се скиданнє всякой работы на чужие плечи, даже на того мітичного caveat consul-a — это одна из характеристик нашей суспільности. Здесь и корень нашей национальной немощи. С Нїмцем, Мадьяром, Жидом и даже Поляком уже от самого начала никто не будет вести ся так, как с галицким Украинцем. Нам кождый в кашу плюет, потому что мы замісць того, чтобы кождый на кождім месте постоять за себя, надїємо ся на consul-a.

 

Вторая важная примета нашей суспільности — се наклін к критиканству. Сия примета вяжеть ся тїсно с предыдущей. Кто сам какую-то положительную работу делает, тот знает и все трудности работы, умеет оцїнити ее. К положительной работы у нас мало желающих, но до критики то у нас их с избытком. В том наша национальная сила!

 

Понятное дело, что критика то очень хорошая и даже очень нужная вещь. Также это ясно, что кождый человек, который займаєть ся общими делами, должен подвергнуть свои поступки под осуждение общественности. Так водит ся во всех цивілїзованих народов. У нас идет критика своим отдельным путем. Наши публичные дїячі в пониманию всех и всего то дичь в лїсї, на которую охоту всяком вольном, и то полюваннє не идет ся по честных правилах охоты, но се полюваннє дикое. Непубличні поступки полїтичного дїяча критикуют у нас, а добираєть ся критикарство до печенок, до шпика костей того дїяча. Добирают ся до его семейных отношений, к дїда-прадїда, к жене и детям, его цїлком частные дела разрисовывают ся на страницах газет. Того почете до какого полїтичного убеждения у нас нет. Когда он напр. мой полїтичний противник, то он наверняка предатель, предатель аґент, что за наличные служит. Bona fides у нас в публичнім жизни не признаєть ся. Полїтичний противник то наверное вор, с которым я ни знать, ни дивити ся на него не хочу.

 

Вставая и ложась, я благодарю Господа Богови, что я не являюсь украинским послом.

 

Я не имею ничего такого на совести, с чем я мусїв бы крыть ся перед миром, но чтобы кождый встречный имел право залїзати мне со своими сапогами в душу своими грязными пальцами доторкав ся моих цїлком личных, семейных дел и имел какое-то право на мою честь и мою добрую славу підозріннє бросать, нет, господа, за это спасибо.

 

Пока у нас то низкий тон не переменит ся, пока у нас не прийметь ся шануваннє полїтичних убеждений противника, а пока у нас на кождім кроцї підсуватиметь ся противникови mala fіdes, то нам еще далеко до культурных наций.

 

— Как это? Что это? — зовет возмущенный патриот в каварну. — Теперь такое горячее время! Украина творит ся, с Галицией крутят и торгуют нами. Consules, где вы?

 

«Нам надо теперь на весь мир кричать. Нам надо иметь свои органы в французском, анґлїйській и нїмецькій языках. Нам надо иметь свое телєґрафічне бюро. Consules где вы?

 

И чего нам не надо?! А есть у нас фонд на это?

 

Я стою около одного из комитетов, который заложили добрые люди, чтобы в этот тяжелое время мировой войны приходить с помощью и советом всем тем нуждающимся, которых военная метель выбросила из своих поселков. Фондов, как обычно в Українцїв, мало и обертаєть ся теми коронами по совести. Данный ся тем, что выдают ся найбіднїйшими и наиболее нуждающимися, и сердце неразу краєть ся, что на столько беды и нужды и несчастья так мало находят ся деньги.

 

Приходит землячек, в три погибели згинаєть ся и плачет. Надо дать! Вышел землячек к сїней, а его лице уже зміняєть ся в хитрого Малоросса. «Піддурив» — радуєть ся человечек.

 

И таких, что «піддурили», есть к сожалению и на беду много, очень много и кождый из тех, что роздїлюють те бедные запомоги, поделал опыты очень неприятные и грустные. А еще что цїкаве и очень плохое, что между теми, которые «піддурили», нет крестьян, а есть очень много так наз. інтелїґентної слои.

 

В разгар сецессии студентов из львовского унїверситету зложила Галичина достаточно большой фонд в помощь студентам. На раду Грушевского принято в комітетї давать студентам ссуды, а не запомоги, с тем, чтобы те студенты, придя к своего хлеба, обратили обратно те деньги.

 

Се мысль прекрасная, и иначе сложилось, как гадалось. Деньги то студенты взяли, но чтобы «ссуды» вернули ся и тот фонд народной заново восстал и служил помощью второй и десятой генерации бедных студентов, о сем не бодрствовать. «Піддурили» земляки!

 

Чувство общественной моралї, чувство долга для суспільности у нас к сожалению очень мало. За то у нас есть высоко развитое почуттє подозрения и недовірря.

 

«Воруют комитету, о себе заботятся», так: «подкузьмить» их почти патриотическая вещь. Тех, что дают на публичнї цїли, в нашей суспільности очень мало, а тех, что брали-бы очень много, а тех, что еще кричат caveant, я боя ся, больше всего и стороной от них, как только могу, потому что они все и камень за пазухой носят и по модерном в кишенї браунїнґ держать.

 

«В сей горячий время нам надо иметь своих людей — заместителей, которые стояли бы на страже наших народнїх дел. Нам позарез надо иметь в очагах дружеских и враждебных государств сознательных людей, что стояли-бы в стичности с теми можними сего света, которые полїтику делают, с журналїстами, что мировую пропаґанду делают, с дипльоматами, что о судьбе народов решают, с военными командами и с цїсарями и королями.

 

«А к Берестье почему мы своего покровительства не послали?» Caveant consules!

 

А есть у нас такие люди? Что углу на оба копыта, умные, как змеи, а хитрые, как лисы?

 

Чтобы кандидатов на такие «должности» у нас недостало, о сем я не бою ся. Спросите первого лїпшого встречного, не хотел бы он побывать некоторое время в Лондонї, Париже или в Берлїнї. С наибольшей охотой!

 

— А сколько дадите месячной заплати? — будет первое питаннє.

 

Во Львове мы заложили и имеем один-однїсенький украинский банк, а кандидатов на директорские места у нас безлїч.

 

«Не умею ни читать, ни писать, а я не от того, чтобы меня и на царя выбирать» — так говорится в одной народной казцї.

 

Мы «нянчим ся в полїтику», а не делаем ее, не понимаем ее, как это метко сказал др. Баран в рождественском числї «Дела», мы забавимо ся и в директора банка и в дипльомата. На все у нас есть кандидаты, но к сожалению все они только дилєтанти, а солїдних профессиональных сведений ни в чем нет.

 

Я уже старый, видел много на своей жизни, знал ся с чужими и со своими земляками жил, и скажу, что моим землякам недостает не только профессионального знания, но очень часто даже и того, что називаєть ся общительной огладою, того поведїння, что перестерігаєть ся как закон между людьми, которые принадлежат к т. зв. інтелїґентів.

 

Австрийская цїсарева Мария Тереса выдала распорядок, как должны вести ся офицеры в товариськім обходї, с которого оттут приведу некоторые параграфы:

 

§1. Не харкай громко и не плюй под стол.

 

§2. Не сорбай ухи в голос, так, чтобы все те при за столом слышали, и не відригуй ся.

 

§3. Не смаркай ся в обруси и сервети.

 

§4. Поводья ся с госпожами вежливо и не давай воли рукам.

 

Дальше идут предписания о том, что офіцерови надо чесать ся и брить бороды и мыть руки, чтобы под ногтями не видно было черного гноя и т. ин.

 

Сие бесспорно, что демократический дух времени сделал поведеннє между людьми куда звичайнїйшим и простїйшим. Такое напр. питаннє, прусский король имел и сидел круг нїмецько-римского цїсаря на фотелї с поручами, без рядом, се питаннє, которое ворушило все дипльоматичні кабинеты и грозило зірваннєм конгресса в Віднї 1815 г., теперь уже невозможно. Но все-таки, несмотря на демократическое упрощеннє, предоставь ся в поведенню между людьми определенный тон, который в слоях, которые относят себя к образованным, уважаєть ся если бы законом. Как ты закон не перестерігаєш, то тем самым ставишь ся вне горизонтом той слои и она тебя по уровню себе держать не будет.

 

Наши селяне имеют свой этикет, и еще какой и остро они считают на те все свои обычаи и обычаи в товариськім пожиттю в своей сословию.

 

Мы все розумієть ся само-собой, все демократы, потому что мы, как не с отца, то с дїда или прадїда идем с крестьянского колени, время и посредством поповского сословия.

 

От крестьянского этикета мы отстали, а принятого в цивілїзаційнім світї не присвоили и, так зависши в воздусї, живем своим «норовом» и мир меряем своей мерой, которую мир, розумієть ся, от нас себе наложить не позволяет.

 

А не одному из земляков не повредило-бы и взять себе к сердцу те предписания, которые выдала Мария Тереса перед одним с половиной веками для своих офицеров, и прочитать себе книжечку «Knigge’ Umgang mit Menschen» (Как обходить ся с людьми).

 

Caveant consnles! Розумієть ся, caveant. Только кождый пусть будет своим консулем, от себя самого начинает и о своих на том месте заботится, а не сбрасывает тем кличем работы и ответственности на чужие плечи.

 

 

[Вестник полїтики, лїтератури и жизнь, 27.01.1918]

________________
Caveant consules… — Консулы, бдите

 

Если Вам интересна эта запись, Вы можете следить за ее обсуждением, подписавшись на RSS 2.0 . Комментарии и пинг закрыты.